Новости

2022.08.01

Екатеринодар конца 1880-х годов, утро...

Екатеринодар конца 1880-х годов, утро... Выразительную зарисовку городского быта оставил в своих воспоминаниях врач М.Г. Зорин.

Итак, Екатеринодар конца 1880-х годов, утро...
«Не успело солнышко показать из-за горизонта верхний край своего диска, как тихий екатеринодарский шум начал быстро усиливаться. Уже с церковных колоколен раздается звон, призывающий верующих к ранней обедне; деревянных колотушек сторожей уже не слышно; петушиные приветы утренней заре уже почти прекратились; кое-где во дворах слышны хрюканье свиней да мычание коров и участившийся порывистый лай собак.

То там, то сям девочка или мальчик гонят по улице на пастбище за город коровку.

Рабочий люд, местами отбиваясь от собак, уже спешит на работу. То раньше, то немного позже на тротуарах начинают появляться люди со всеми атрибутами для тушения уличных керосиновых ламп и чистки фонарей. Вот потянулись на стоянку дрогали. Там уже идут школьники на учебу, больше в форменной одежде. Чуть позже по Красной и другим улицам спешат на занятия разные служащие и чиновничья мелкота, а те, кто поважнее – выше рангом, выходят из дому позже, идут чинно, не спеша…

Но вот 9 часов утра. Уже давно отгудели гудки заводов. В учреждениях… идет работа. А в это время по дворам начинают ходить разного вида «артисты».

Органщики наигрывали какие-либо марши, вальсы или песни; вместе с ними обычно ходили женщина или молодой мужчина с «колдуньей» или «оракулом» - белой крысой или щеглом в клетке, которые, вытаскивая из выдвижного ящичка один из полусотни аккуратно вложенных листиков с напечатанными «изречениями», предсказывали таким образом судьбу. Конечно, и игра, и гадание было платные.

Также бродило по дворам особое кукольное представление – Петрушка. Войдя во двор, «артист», огородив себя трехстворчатой из легкой материи ширмой, им же носимой, с одной стороны у верхнего ее края приводил в движение куклы, которые с помощью пищика во рту артиста якобы сами издавали звуки: говорили между собой, ссорились, танцевали и даже убивали, например, цыгана, уворовавшего лошадь…

Обыкновенно вместе с Петрушкой ходил и молодой парень – гимнаст, который, разостлав на земле носимый им слегка потертый ковер, проделывал на нем несколько гимнастических номеров, после чего обходил с шапкой зрителей, собирая подаяние.

… Не успеют эти артисты уйти, как во дворе появляются другие, например, игрок на скрипке, он же певец; или входят двое: женщина с арфой – «арфянка» и молодой певец, исполняющий под аккомпанемент арфы (и не плохо) разные песенки, вроде6 «Не брани меня, родная, что я так люблю тебя», «Месяц плывет по ночным небесам, друг мой проводит рукой по струнам…» и т.п.

… В квартирах раскрывались окна, из них высовывались или даже, бросив все, выходили во двор любительницы сердцещипательных романсов. Окружив «артистов», они слушали их с наслаждением. Но, кроме этого, целыми днями можно было слышать на улицах и по дворам песни другого рода: «Точить ножи и ножницы!» - это выкрикивали нараспев точильщики, носившие на себе нелегкое приспособление для точки ножей, ножниц, топоров. Или: «Кому ведра, кастрюли починять!» - это жестяных дел мастера искали себе по дворам работу, нося на руках большие железные ножницы, устойчиво прикрепленные к увесистой толстой доске, а на спине рулон железа. Бродили по дворам и нищие – настоящие и маскировавшиеся под них…

… На улицах слышалось: «Вот кому вод, вод… воды!» Это выкрикивает какой-нибудь здоровый, бородатый детина, сидя на бочке артезианской, - «водовоз».  Он то и дело погоняет одну или две запряженные лошаденки, которые с трудом тащат тяжелую бочку, особенно в дождливую пору, по непролазной грязи. Услышав концерт «водовоза», со дворов спешно выбегают жильцы с ведрами, некоторые даже босые, несмотря на холод и грязь в сырые дни, и становятся в очередь. Детина медленно и важно слезает с бочки и, вынув «чоб» (кран), отпускает потребителям артезианскую воду; все рады и довольны!

Едва успеет водовоз отъехать за квартал, как вдали показывается другая подвода, также медленно передвигающаяся: на возу плетеный «сапет», на нем увесистый дядька, обсыпанный угольной пылью, с измазанным лицом, выкрикивая хриплым голосом: «Углей! Углей! Вот кому угольков!» А в сапете мелкий и отдельно крупный древесный уголь; там же лежит мерка разной величины для углей…

Цыганки – в одиночку или целой гурьбой, с большими кошелками, то и дело бродили по дворам, то под видом нищенок, то в качестве опытных гадалок, просили милостыню или навязчиво предлагали погадать и «всю правду рассказать».

Фото: myekaterinodar.ru